Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
00:36 

Зарисовка #5 по Kyou Kara Maou! (продолжение от 9.11.2008)

ангелам больно терять свои крылья
Название: Подарок
Автор: Небо в глазах ангела
Бета: предпочла пока остаться неупомянутой :nope:
Пейринг: Юри/Вольфрам
Рейтинг: первая часть PG, с третьей PG-13, с пятой R
Жанр: романс
Размер: мини, но может быть перевалит и в миди
Статус: в процессе
Дискламер: не претендую
От Автора: надеюсь удастся все же написать, задумка-то хорошая, а вот хватит ли сил, не знаю.


6.Странные сны и их отголоски
***
Вокруг полыхает озеро расплавленной магмы. Я стою на странном выступе, возвышающимся на несколько метров над этим огненным безумием. Места так мало, что я могу в четыре шага оказаться на противоположной стороне. Внизу, время от времени, взрываются кипящие пузыри, расплёскивая тяжёлые горячие брызги. Должно быть просто невыносимо жарко, но я мёрзну. Не понимаю, как такое может быть, но пальцы буквально коченеют от холода. Обхватываю себя руками за плечи, пытаясь хоть немного сохранить тепло. Как заворожённый смотрю на оранжево-красное озеро внизу, но теплее не становится, кажется, холод начинает распространяться ещё быстрее. Голос за спиной раздается так неожиданно, что я вздрагиваю всем телом и резко оборачиваюсь. От моей поспешности из под ног скатываются мелкие камни, чтобы тотчас растворится в огне.
- Я ждал тебя, - он высок и статен. У него седые, а точнее серебристо-белые волосы и рубиновые глаза, в зрачках которых пляшет пламя. Кто он? Я его не знаю.
- Твоя сила так похожа на меня. Мы одной с ней природы.
Он ждет от меня какой-то реакции, но я просто не нахожу, что сказать ему на это. В один шаг он оказывается совсем близко. Моргаю, пытаясь прогнать наваждение. Но тщетно. Он склоняется к моему лицу и выдыхает.
- Я хочу, чтобы ты принадлежал только мне.
- Что?
Сухие, словно обветренные губы накрывают мой рот. Я так озяб и замёрз, что они кажутся мне просто огненными. Но я стискиваю зубы, и резко отталкиваю его от себя, отскакивая на самый край.
- Нет!
- Почему? – насмешливо интересуется он, подбираясь ближе.
- У меня… у меня есть жених, и я люблю его!
- Какая незначительная мелочь.
Он уже совсем близко. Протягивает руку, чтобы коснуться, снова притянуть к себе. Нет! Не хочу. Бросаю на него взгляд, полный вызова, и, улыбаясь, делаю шаг. Назад. В пропасть.


***
Открываю глаза и несколько минут не могу сообразить где нахожусь. Просто бездумно смотрю на смутно знакомый потолок. Сон. Это был всего лишь сон. Тяжело вздыхаю и поворачиваю голову. Вижу, как Юри прижимается ко мне во сне, и на душе становится тепло. Холод, который преследовал меня в том странном подземелье из сна, отступает. Его рука лежит поперёк моей груди. Я стараюсь сильно не шевелиться, чтобы не разбудить его. За окном предрассветные сумерки, ещё слишком рано. Глаза непроизвольно слипаются, хотя ещё минуту назад, казалось, что больше не усну. И я действительно засыпаю, убаюканный мерным дыханием и теплом человека, которого люблю.

***
Вставать ужасно не хочется. Так приятно понежится в постели. После здорового сна, все произошедшее с нами вчера выглядит несколько в другом свете. Пожар как-то уже не кажется таким страшным, да и вообще, я сильно сомневаюсь, что он был вызван намерено. Может, у них здесь какой-нибудь артефакт магический неожиданно так сработал. Кто ж их знает. Я уже успел на собственном опыте убедиться, что в этом мире любая, даже самая обыденная вещь, может заключать в себе подвох. Так что нечего им так паниковать, и точка. Вот проснется Вольфрам, так ему все и скажу. Он как раз спит у меня на плече и тихо посапывает. Такой милый. Не удержавшись, провожу рукой по золотистым волосам. Мягкие и шелковистые, их очень приятно касаться, я в этом ещё вчера убедился. Невольно ощущаю, как начинают пылать щеки. Ну, да, а чего ж теперь, если мы…
Вольфрам глубоко вздыхает и ворочается. Кажется, я все-таки разбудил его, хоть и не хотел. Золотые реснички вздрагивают и поднимаются. Зелёные глаза секунду смотря, не узнавая, а потом начинают буквально лучиться теплом и счастьем. Это он что, мне так радуется?
- Доброе утро, - шепчу я и улыбаюсь. Не могу не улыбаться, глядя на него сейчас.
- Доброе, - он приподнимается и чмокает меня в губы. Я краснею, да и он тоже. Но мы оба понимаем, что это лучшее из возможных пробуждений.
- Ну что, встаем? – спрашиваю, когда он снова пытается улечься ко мне на плечо, явно не желая никуда выходить сейчас. Но у нас обоих куча дел. И вообще, мне срочно нужно переговорить с Конрадом или Гвендалем. А то с этим пожаром мы как-то совсем забыли, что у Вольфрама завтра день рождения. Да и он сам, кажется, забыл. Надо срочно что-то с этим делать!
- Мне не хочется, - капризничает Вольфрам, как маленький, и пытается закопаться в меня поглубже.
- Вольфрам… - вздыхаю, и все-таки отстраняю это золотоволосое чудо, - У нас дела. Нельзя лениться.
Встаю с кровати и плетусь умываться, спиной ощущая полный разочарования взгляд.

***
Утро пролетело как-то незаметно. Мало того, что мы с Вольфрамом встали несколько позже обычного (непонятно только, почему никто не разбудил нас) так ещё и, разумеется, пропустили общий завтрак. Но от предложения Вольфрама позавтракать в постели я поспешно отказался. Вот неугомонный-то! Такое чувство, что после того, что произошло между нами этой ночью, была бы его воля, он бы вообще меня из кровати не выпускал. «Озабоченный!» - фыркаю про себя, понимая, что это звучит как комплимент. Ну, что с ним будешь делать?! Ах, да, я же хотел переговорить с Конрадом. Но найти Веллера сходу не получается. Я даже в сад спускался, но застал там только Пирру, который, похоже, очень быстро освоился с порядками в замке, и беззаботно бегал по лужайке, играя в догонялки с двумя молоденькими служанками. Он радостно помахал мне рукой, когда увидел. Подбежал и чуть ли не запрыгнул ко мне на руки.
- Привет, Юри!
- Привет. Ну как тебе в нашем замке, нравится?
- Очень! – закивал он, красные глаза просто светились неподдельным детским счастьем.
- Я рад, - перевожу взгляд на подошедших служанок, - Доброе утро. А вы не видели Конрада?
- Доброе утро, Ваше Величество, - вместе здороваются они, а потом одна из них говорит, - Кажется, я видела, как сэр Веллер заходил в библиотеку.
- О, спасибо, - благодарю, отпускаю Пирру и треплю по беловолосой макушке, - Сильно не шали.
- А ты придёшь поиграть с нами? – требовательно спрашивает он. Ну что ответить этому ребёнку?
- Конечно приду. Знаешь, сегодня скорей всего вернется в замок наша с Вольфрамом дочь, надеюсь вы с ней подружитесь.
- Дочь? Но вы же оба мальчики!
- Эээ… приёмная, - поясняю я, краснея под лукавыми взглядами служанок, - Я надеюсь, вы с ней подружитесь.
- Конечно! – восклицает он, - Я уже хочу с ней подружиться.
- Ну, вот и славно.
Оставляю его на попечение девушек и иду в библиотеку.

***
Открываю тяжёлые двери, проскальзывая внутрь. Похоже, Конрада здесь все же нет, то есть, наверное, он и заходил, но уже ушёл. Вздыхаю и уже собираюсь уходить, как из глубины библиотеки раздается какой-то шорох. Может, он все же здесь? Иду на звук, не решаясь позвать. Вдруг мне просто показалось? Выглядываю из-за стеллажа и… Ой!
Конрад не один. Он стоит возле высокого стола, на котором сидит Йозак и обнимает своего капитана за плечи, в то время как Веллер, удобно устроившись между его ног, лёгкими поцелуями изучает его шею. Они что не только… не только друзья? То есть, они… Мысли путаются. Ну, как я могу окликнуть их сейчас? Начинаю медленно, чтобы ничем себя не выдать, пробираться к выходу, слыша за спиной сбивчивый шёпот.
- Капитан…
- Ммм…
- Кто-то может войти…эх!
- Ну и что. Разве тебя это не возбуждает?
- Но как же… - и звук поцелуя, хотя я могу и ошибаться.
Выхожу, не забыв аккуратно прикрыть за собой дверь. И ещё несколько минут стою в коридоре, успокаивая дыхание и пережидая, когда перестанут пылать щеки. Вот никогда бы не подумал, что эти двое… Я даже не замечал никаких признаков того, что они больше чем друзья. Они так искусно скрывают, или я просто такой невнимательный? Наверное, все же я. Просто у нас на Земле это как-то не принято, поэтому я просто не могу сходу заподозрить что-то подобное. Зато теперь знаю, о чем ещё нужно будет обязательно спросить Конрада,пока Вольфрам не надумал поэкспериментировать и в этом направлении тоже. Лучше быть подготовленным.
Когда я уже приближаюсь к кабинету, где меня ждет Гюнтер на очередное занятие (очень надеюсь, что и Вольфрам тоже), мне в голову приходит совсем уж бредовая мысль. Если это настолько в порядке вещей, ну что два парня любят друг друга, и никто их к стране мазоку за это не осудит, то неужели Гюнтер и Гвендаль… нет, уж этого точно просто не может быть! А Мурата и Шин-о? Ох, черт! Кажется, я начинаю сходить с ума. Решительно толкаю дверь и приветствую Гюнтера, который тут же бросается ко мне, чтобы обнять, но натыкается на взгляд Вольфрама, и сразу отступает. Эх, привычное начало дня.

***
Не отпущу. Он – мой. Мой. Не позволю этой восхитительной силе принадлежать кому-то, кроме меня. Не допущу. Никогда не думал, что люди могут обладать такой силой. Наверное, я слишком долго спал. Слишком долго был заключён в темнице. Пробуждение было восхитительным. Я хотел тут же отомстить всему человеческому роду, всем, до кого бы смог дотянуться. Но меня прервали. Человек, но совершенно с другой, чем у меня, силой. Противоположной. А с ним рядом был он. Тот, чья сила так похожа на меня. Как они могут быть вместе. Они же совершенно непохожи, абсолютно разные. Пусть тот, кто управляет водяными драконами, найдет себе кого-то другого, потому что огненный мальчик будет моим!


7. Он видел…
***
Когда же это закончится?! Сколько ещё Гюнтер будет мешать нам с Юри остаться наедине. Всё зудит. Всё учит. Надоело! Сколько можно?! Вон и Шибуя уже украдкой зевает в кулак.
- Господин фон Крист, я думаю, нам с Его Величеством пора передохнуть. Вы так не считаете? – жестко говорю я и пристально смотрю на Гюнтера, пытаясь взглядом внушить ему такую простую мысль, что это просто издевательство - держать нас сейчас взаперти за нудными учебниками. Я сам расскажу все Юри, если будет нужно.
- Но, как же Поправка к закону о проживании сококу на территории… - обижено восклицает фон Крист. Ну как ему объяснить, а?
- Я немного устал, Гюнтер. Может, и правда передохнем?
- О! Конечно, Ваше Величество.
А вот Юри он слушается. Ну ещё бы, он же до сих пор надеется, что сможет завоевать его сердце. Не выйдет. Он мой.
- Отлично, - восклицает Юри, встает из-за стола и сладко потягивается. Ловит мой задумчиво-изучающий взгляд и краснеет. Ухмыляюсь и отворачиваюсь. Ну что я могу поделать, если один его вид возвращает меня к воспоминаниям о прошлой ночи. Как же это было здорово! Я и не думал, что заниматься любовью на самом деле настолько приятно, как говорят. Оказалось - ещё лучше.
- Ты идёшь, Юри? – бросаю через плечо и выхожу в коридор.
- Да, конечно, - следует за мной Шибуя.
Так, куда мы можем сейчас пойти, чтобы нам никто не мешал?
- Пойдем в библиотеку, - предлагаю я, беру его за руку и веду в том направлении, но он неожиданно отказывается. Он что, не хочет? Но как же, я думал…
- Нет! – восклицает Юри, а у меня сердце обрывается. Он… он не хочет меня? Но тогда ночью…
- Юри, - растеряно моргаю и понимаю, что готов сейчас расплакаться от разочарования и просто удушающей обиды. Да как он может так со мной?! – Ты не хочешь? – голос падает до шёпота, но я не могу это контролировать, совсем не могу.
- Хочу! – он резко дёргает меня за руку и привлекает к себе. Обнимает. Зарывается лицом в волосы. Весь замираю в его руках. Испытываю такое неописуемое облегчение, что уже ничего не хочу. Просто стоять вот так в его объятьях. Просто дышать одним воздухом. Просто знать, что небезразличен ему.
- Только давай, - шепчет он куда-то мне в затылок, - Давай не в библиотеку. Куда-нибудь ещё.
- Куда?
- Ну, в оранжерею, например. Мне там всегда нравилось. Да и ты любишь розы, я помню.
- Хорошо, – соглашаюсь я. И теперь уже он ведет меня туда, куда сам решил.

***
Хорошо все же Вольфрам придумал - сбежать с занятий под благовидным предлогом. Я бы сам не додумался. А вот подыграть ему вовремя догадался. Только теперь даже и не знаю, что делать с этой свободой. Фон Бильфельд явно настроен решительно. Но я-то пока сам не определился, чего хочу. А точнее, просто не знаю, как вообще это самое можно хотеть. То есть, хотеть-то можно, а как реализовать… Черт, похоже, я сам окончательно запутался в своих желаниях. Ну почему я такой нерешительный?! Вольфраму хорошо, он, похоже, уже все для себя выяснил. А я…эх. Ладно, по ходу разберёмся. Другого и не остается. Не искать же Конрада и приставать к нему с вопросами. Плюс ко всему, я понятие не имею, где он сейчас. А что если они с Йозаком, ну… ещё не закончили? Так что придётся полагаться только на себя.
В оранжереи тихо и немного волшебно. Я спокойно отношусь к цветам, но здесь их столько и они настолько завораживают своей хрупкостью, изяществом и красотой, что просто невозможно глаз оторвать. Вольфрам тут же подходит к розовому кусту и срывает ярко-алую розу. Прикладывает к моему виску и придирчиво осматривает с головы до ног.
- И каков вердикт? – шутливо интересуюсь я и краснею, наверное, под цвет этой самой розы.
- Чрезвычайно мил, - отзывается Вольфрам и улыбается с заговорщицким видом. Что он задумал?
Мы проходим вглубь оранжереи. То есть Вольфрам проходит, а я просто плетусь за ним, не зная, куда деть глаза и руки. Он останавливается у небольшой лужайки с пушистой сине-зелёной травкой, в которой попадаются маленькие цветочки. Они напоминают головки отцветших одуванчиков, готовящихся сбросить семена при малейшем дуновении ветра. Вольфрам проходит в центр этой импровизированной полянки и садится. Протягивает ко мне руку, и мне ничего не остается, как подойти и тоже сесть рядом с ним. Он тут же придвигается и обнимает меня за шею. Тяжело вздыхаю. Можно ли было ожидать от него чего-то ещё?
- Ну, что ты? – спрашивает, уютно устроив голову на моем плече.
- Не знаю. А ты?
- Я хочу… - решительно начинает он, а потом замолкает. Да, знаю я, чего он хочет. Я, кажется, тоже этого хочу. Но…
- Юри! – раздается откуда-то слева детский голос.
Мы с Вольфрамом переглядываемся и синхронно отскакиваем друг от друга. И как раз вовремя. Потому что из-за кустов сирени появляется улыбающаяся Грета и буквально влетает в мои объятия.
- Я так соскучилась!
Я очень люблю нашу дочь, но… Но как же она не вовремя!
Вслед за ней к нам подходит Пирра. Похоже, они уже познакомились. Он несколько растеряно смотрит на нас. А потом улыбается. У него красивая улыбка, как и у большинства детей. Взрослея мы разучаемся так улыбаться. Вольфрам со вздохом поднимается, отряхивая брюки. А Грета, наобнимавшись со мной, бросается к нему. Он бережно её обнимает и смотрит на меня поверх её головы. Я лишь киваю, давая знать, что понял его мысль: разговор не окончен.
- Грета сказала, что проголодалась, вот мы и пошли вас искать, - немного робея, произносит Пирра.
- О! Это замечательно, - улыбается Вольфрам, - Значит, пообедаем вместе.
Грета радостно хлопает в ладоши, и мы все дружно идём к выходу.
Это странно, но мне очень не понравился взгляд, который украдкой бросил на Грету и Вольфрама Пирра. Может Гвендаль прав, и мальчик не так прост, как кажется? Да нет. Не может быть. Ему же не больше двенадцати, он ещё совсем ребёнок. Вряд ли он понял, чем мы с Вольфрамом занимались. Ну, планировали заняться. Это все их общая паранойя. Оказывается - это заразно, вот мне и начали мерещиться заговоры везде, где не надо.
***
- Э, Конрад… - выдыхаю и с трудом проглатываю ком в горле. Ну, как, скажите на милость, я могу спросить его о таком?
- Да, Ваше Величество? – улыбается мне Веллер, и я отчетливо понимаю: дурацкая была идея. Не смогу я спросить у него то, что собирался. Только не у него.
- А, нет. Ничего. Извини, я просто… просто задумался.
- Конечно, Юри.
Уже собираюсь уходить, как Конрад ловит меня за рукав и, уже не улыбаясь, серьезно говорит.
- Я бы хотел попросить тебя – будь повнимательней с Пиррой, хорошо?
- Пирра? Но он же всего лишь ребенок!
- Пожалуйста, Юри, - он очень настойчив и тверд, так что меня самого охватывает смутное беспокойство. Но Пирра ведь еще совсем маленький, какой от него может быть вред?
- Ладно, раз ты так настаиваешь.
- Вот и хорошо, - он снова улыбается мне, словно и не было того сурового война, что так настойчиво предостерегал меня только что. И как ему удается так быстро меняться?
Так, мне срочно нужен Йозак. Надеюсь, он-то хоть сможет меня проконсультировать. Я же не совсем дурак, понимаю, что нам с Вольфрамом еще спать в одной кровати. И я нисколько не сомневаюсь в намерениях фон Бильфельда относительно нас. Эх, мне бы его решимость. Мне вообще иногда кажется, что мой жених не боится ничего на этом свете. А я боюсь! Безумно боюсь, что сделаю что-нибудь не так и ему… Ему не понравится. Или,того хуже, причиню ему боль, и он больше не захочет меня видеть… Нет! Не хочу! Уж лучше со стыда сгорю, расспрашивая Йозака, чем так.

***
Та-а-ак, и куда мог подеваться этот слабак?! Я его ищу-ищу, а он! Мне ведь так удачно удалось сплавить детей на попечение Гюнтера и Анисины, вернувшейся вместе с Гретой. Я думал, мы наконец сможем остаться с ним наедине. А он после ужина тут же пропал куда-то. Ну, попадись он мне!
Я так раздражен сейчас, что последние минут десять не смотрел, куда шел. Беспокойно оглядываюсь по сторонам. О, так это просто старая башня, оставшаяся нетронутой после одной из последних перестроек замка. Здесь всегда холодно, даже в удушающую жару, и гуляют жуткие сквозняки, несмотря на то, что за окнами в этот момент полный штиль. Сюда обычно никто никогда и не заходит.
Ладно, пора возвращаться. Юри в любом случае здесь быть не может. Не уверен, что он вообще знает о существовании этого места. Этот слабак до сих пор в собственном замке заблудиться может. Вот ищи его теперь!
Шаги за спиной раздаются так неожиданно, что я даже не успеваю обернуться, как со спины меня обнимают сильные руки с широкими платиновыми браслетами на запястьях. Необычная рубиновая вязь на них кажется мне смутно знакомой. Кто это может быть?
- Не меня ли ищешь? – немного хриплый голос, словно присыпанный пеплом и ледяное дыхание над ухом, отрезвляют меня. Я узнаю, узнаю его. И тут же начинаю отчаянно вырываться. Но он сжимает меня сильнее и не пускает. Я не могу нормально дышать в сжимающемся кольце рук. И буквально всей кожей, даже через плотную ткань кителя и брюк, ощущаю какой он горячий. Это просто никак не может быть нормальной температурой человеческого тела.
- Почему ты так сопротивляешься? Почему не хочешь смириться с судьбой? Мы похожи. Невероятно похожи. Мы созданы для того, чтобы владеть друг другом. Разделять единую силу.
- Нет! – громко кричу, но прекрасно понимаю, что отсюда меня никто не услышит. А потом делаю единственное, что приходит в голову. Наклоняюсь, до боли напрягая шею, и кусаю чужую руку. Сильно сжимаю зубы. Не беспокоюсь, что могу прокусить до крови, что могу покалечить. Просто хочу, хочу, чтобы он отпустил меня. От неожиданной боли руки разжимаются, и мне удается вырваться из их хватки.
Бегу, не чувствуя ног. Прочь! Прочь! Прочь из этого места.
Кто он? Что он? Как он смог вырваться из моего сна и настичь меня здесь? Даже здесь…

***
Я останавливаюсь только тогда, когда за моей спиной захлопывается дверь нашей общей с Юри спальни. Ноги не держат. Задыхаясь, добредаю до кровати и без сил падаю на покрывало. Щеки горят. Меня всего трясет. Сердце стучит, словно вознамерилось выпорхнуть из груди, будто птица из клетки.
Да, что же это! Откуда вообще взялся этот парень? Почему считает, что мы идеально подходим друг другу? Из-за силы? Да какая там сила?! Я же не раз видел, на что способны водяные драконы Мао. По сравнению с ними мои огненные ленты это так, пшик!
Почему он появился именно сейчас, когда у нас с Юри все только начало налаживаться! И почему… почему мне все трудней сопротивляться ему? Мне кажется, что меня… что меня влечет к этому странному существу. В том, что он не человек я уже не сомневаюсь.
Нет! Не хочу! Юри, ну где же ты? Мне так страшно, так холодно без тебя. Я так боюсь… боюсь себя самого. Помоги мне. Без тебя я не справлюсь!
***
Уф! Я думал, будет труднее. Но нет. Все обошлось. Йозак даже не пошлил почти, когда, наконец, добился от меня прямого ответа на вопрос, что, собственно, я от него хочу, раз не потрудился отыскать. Какая все-таки была удачная мысль расспросить именно его. Он так замечательно мне все объяснил! И как это вообще между однополыми партнерами возможно. И как можно уменьшить боль, когда… ну, когда в первый раз. Йозак сказал, что поначалу всегда больно, а потом… потом становится так хорошо, что ни о чем, кроме наслаждения, думать уже не можешь. Вот бы у нас с Вольфрамом так получилось. Я на все готов, чтобы нам было хорошо вместе. По настоящему вместе, как мужу и…ой! Мужьям, то есть, вот.
Последний коридор до нашей общей спальни пройти спокойно не удается. Я настолько переполнен эмоциями, что, кажется, если не увижу его прямо сейчас, то просто взорвусь, как воздушный шарик. Срываюсь, и со всех ног подбегаю к двери. Нетерпеливо распахиваю ее. Вхожу.
- Вольфрам, я…
Он целуется.
Он с ним целуется. По-настоящему. Глубоко и самозабвенно. Руки в сине-голубых рукавах беспорядочно шарят по гибкой смуглой спине. Серебристые волосы нависают над лицом, и путаются с золотыми, вплетаясь в танец голодных губ.
А мое сердце сжимают чьи-то ледяные руки. И, кажется, я уже никогда не научусь дышать снова. Легкие горят огнем, но я не могу. Просто не могу заставить себя сделать вдох.
Пирра, наверное, это все же он, только у него такие серебристо-белые волосы в сочетании со смуглой кожей. Правда, сейчас он выглядит лет на десять старше того мальчика, которым все его знают. Разве можно настолько повзрослеть за день? Пирра отрывается от его губ. Они несколько мгновений смотрят друг на друга. Я не вижу его глаз, но уверен, в них полыхает такая же всепоглощающая жажда, что и в рубиновых глазах его партнера. А потом, этот странный беловолосый парень поворачивает голову и смотрит на меня, но я не встречаюсь с ним взглядом. Я жду. Жду, когда смогу увидеть зеленые глаза того, которому бескрайне доверял, которого так люблю. Быть может тогда я снова смогу дышать.
И он смотрит на меня. В глубине огромных, словно изумрудные омуты, глаз плещется горячечный туман…кажется, я увидел все, что мог.
Глубоко вздыхаю и улыбаюсь.
Чувствую, что сердце почти разучилось биться.
Улыбаюсь. Ощущаю, как щеки невыразительными росчерками прочерчивают влажные полоски.
Улыбаюсь.
- Извини. Я зайду позже.
Разворачиваюсь и выхожу, плотно прикрыв за собой дверь.


***
Он видел…
Мысли текут так медленно, словно запутываясь в тяжёлом, горячем тумане, окутывающим разум и тело со всех сторон. Снаружи и изнутри.
Он видел…
Чьи-то горячие губы изучают лицо, скулы, шею. Все в тумане. Почти ничего не вижу. Только чувствую. Только фиксирую. Реагировать не могу. Разве это теперь что-то изменит?
Он видел…
Чужие настойчивые руки избавляют от одежды. Лежу как тряпичная кукла. В теле не осталось ни одной кости, ни единого сустава. Лишь голова, тяжёлая словно камень. И чужие руки по всему телу. Пусть делают, что хотят. Теперь уже все равно.
Он видел…
Длинные тонкие пальцы упрямо поглаживают, надавливают, проникают внутрь. Больно? Не знаю. Разве что-то может быть больней сейчас, чем где-то глубоко внутри, там, где сердце?
Он видел…
Пальцы исчезают. Я знаю, что заменит их. Но мне все равно. В душе только пепел. Падшими звездами на ресницах мокрые капли. И горячий туман в голове.
Он видел…
Кто-то нависает надо мной.
Не вижу. Не чувствую. Просто знаю.
Что-то упирается в меня.
Большое. Горячее. Жаждущее разрядки. Когда оно в меня проникнет, я умру.
Что может быть желанней смерти после его прощальной улыбки и слез, прощающих все……

***
Знаешь, ко мне сегодня подходил Юри, - лениво роняет Йозак, запуская руку в жёсткие темно-каштановые пряди, используя собственные пальцы в качестве импровизированной расчёски. Кровать тесна для двоих, но сейчас так даже лучше. Ближе. Горячей.
- И что он хотел?
Голос ровный, но улыбка лукава. Конрад наклоняется и невесомо касается губами с готовностью приоткрывающихся навстречу губ, чтобы тут же оставить их и продолжить. Что может быть увлекательней исследования такого отзывчивого тела?
- Узнать, как двое парней могут заниматься сексом… - дыхание восхитительно сбивается, когда губы мимоходом задевают затвердевшие соски, но не останавливаются, а продолжают неспешный спуск. Что дальше?
- Прямо так и спросил?
Мускулистый живот вздрагивает от влажного прикосновения языка. Дыхание учащается. Но губы продолжают нисходящее движение, не отвлекаясь по пустякам.
- Нет, конечно. Скажешь тоже. Но, судя по всему, у них с твоим братом наметился прогресс.
Невыносимые губы прихватывают тонкую кожицу так соблазнительно натянутую на выпирающей тазовой косточке, медленно облизывают. Но упрямо продолжают свой путь, не задерживаясь.
- Ох, черт!
- Хмм… Остается только порадоваться за них.
- Да черт с ними обоими! Не останавливайся!..

Замок содрогнулся. Из комнаты они вылетели уже с обнажёнными мечами и сразу же бросились в сторону покоев Юри и Вольфрама. Заставить целый замок дрожать мог только Мао. Что могло разбудить его?


8. Мы есть друг у друга
***
Не может быть! Откуда, откуда она взялась? Сила, для которой у меня нет названия. Чья она? Её так много! Я не могу, не могу оставаться в этой форме! Мне нужно выскользнуть в истинную, но она не дает. Эта странная сила. Подхватывает. Окутывает со всех сторон. Она… нет! Нет, нет, нет! Она поглощает меня! Не надо, я не хочу! Не хочу снова в темницу. Не хочу в забвение. Пожалуйста, кто бы ты ни был, пощади. Что я могу предложить тебе? Силу? Но у тебя самого её предостаточно, куда больше, чем я могу дать тебе. Тогда, может, ты примешь, примешь меня самого?
Властный голос раздается словно бы сразу отовсюду.
- Не прикасайся к нему больше. Он мой.
Я не мог бы ослушаться, даже если бы захотел. Но я не хочу. Я знаю, кто он. Я знаю, чем прогневал его. Я знаю, как спастись. Он добрый, я помню. Так говорили о нем. Так он сам относился ко мне. С добротой. Он не отправит меня обратно в темницу. А я буду служить ему. Им обоим
Сила, удерживающая меня, исчезает. Я упал бы на пол, будь я ещё в человеческой форме. Но нет, я уже огонь. Живой огонь, как называли меня люди. Я возвращаюсь туда, где был заключён, но отныне это не темница, это - моя обитель. Мы договорили, я буду жить там и появлюсь тогда, когда понадоблюсь ему. Я больше не пленник. Я слуга. И я свободен.


***
Я даже не сразу понимаю, что произошло. Просто чужое тело, нависавшее надо мной еще секунду назад, исчезает, и сразу становится холодно. Меня просто до костей пробирает озноб. Я все ещё не могу контролировать собственное тело. Перекатываюсь на бок и поджимаю ноги к груди. Обхватываю себя руками. И только тогда замечаю кто… кто спас меня. Кто не позволил произойти тому, с чем я сам, казалось, уже смирился. Кто не дал мне умереть здесь и сейчас. Но лучше бы я этого не видел.
В чёрных, как уголь, глазах - вертикальные зрачки. Длинные волосы мечутся вдоль лица, словно змеи. Вокруг тела голубое сияния, за спиной набирают силу водяные драконы. Драконы Мао. Он хочет наказать меня, да? Ведь он всегда появляется для того, чтобы наказывать? Сегодня этим кем-то буду я.
Я рад этому. Кажется, даже счастлив. Мне так больно дышать сейчас. Так хочется плакать или выть в голос. Я все испортил. Абсолютно все. Юри не простит мне. Я сам себе не прощу. Ну почему он медлит? Почему просто стоит и смотрит? Почему не разделается со мной здесь и сейчас?! Я так хочу этого. Хочу принять его наказание. Я не смогу жить после всего этого. Просто не смогу.
Зажмуриваюсь. Это трусливо, я знаю. Но просто не могу сейчас смотреть в его глаза. Пусть это глаза Мао. Но я же знаю, что где-то изнутри вертикальных зрачков на меня смотрит Юри. Отворачиваюсь. Может хоть это подтолкнет Мао к тому, зачем он пришёл сюда. За мной.
- Вольфрам, что здесь… - кажется, в двери кто-то вошёл. Чей-то голос врезается в уши. Лишь сильнее зажмуриваюсь и до крови прикусываю губы. Ну же, Юри, давай. Я готов, правда. Я готов к смерти. Пожалуйста, пусть это сделаешь ты.
- Оставьте нас, - голос кажется спокойным и совсем не гневным, скорей усталым. Вздрагиваю от его звучания и уже не могу перестать дрожать. Меня просто трясет. Да какая теперь разница. Уже никакой…

***
Не знаю, как так получается, но я помню все, что происходило с того момента, как я превратился в Мао. Раньше такого не было, а вот сейчас… Ярость и обида, приправленные жгучей ревностью, - гремучая смесь. Сегодня я распробовал её сполна. Сил никаких не осталось. Оказывается, сдерживать себя так трудно. Я раньше не помнил ничего. Зато теперь в полной мере ощутил весь букет. И головокружение, и слабость в ногах. Стоило Конраду и остальным, кто прибежал за ним разбираться, что могло вызвать появление Короля демонов, выйти и прикрыть за собой дверь, я доплелся до кровати и без сил рухнул на смятые простыни рядом со сжавшимся в комочек Вольфрамом. Такой трогательный. Он… он боится. Меня? Но, как он может думать, что я смогу причинить ему вред?! Даже если бы он и, правда, решил найти мне замену в своей постели, я бы никогда, никогда не смог сделать ему больно!
- Вольфрам? – тихо зову, боясь напугать, и не решаясь коснуться. Он словно и не слышит меня. Только сильней сжимается в клубочек. Что мне делать? Как успокоить? Наверное, для начала, стоит накрыть его чем-нибудь. Он же почти полностью обнажён, не считая распахнутой рубашки с кружевными манжетами и воротником. Разве это одежда? Но я понятия не имею, чем это можно сделать. Покрывало куда-то задевалось. А его остальной одежды и не видно вовсе. Он так отчаянно дрожит. У меня сердце сжимается. Это невыносимо! Не могу смотреть, когда он так мучается. Придвигаюсь и бережно поворачиваю его на другой бок, лицом ко мне. Губы искусаны так, что, кажется, и живого места не осталось, а глаза сильно зажмурены. На щеках блестят мокрые дорожки. Он плачет? Но как же, как же мне его успокоить? Как?
- Вольфрам, ну, пожалуйста, посмотри на меня. Прошу тебя, не надо. Не надо так переживать. Ведь ничего смертельного не случилось.
- Я изменил тебе...
- Нет. Это была не измена. Я знаю, что ты не стал бы…
- Нет! – он резко распахивает глаза, отчаянно смотрит, в них столько боли, столько горечи, - Я не сопротивлялся, слышишь? Не со-про-тив-лял-ся…
- Ты не мог…
- Нет, мог!
- Прекрати, вот только врать мне не надо, - я начинаю злиться. Ну, зачем он так все обостряет? Мне и так делается невыносимо мерзко, когда вспоминаю, как увидел глазами Мао, до чего они успели дойти. Если бы я опоздал хоть не намного, то… Нет. Не буду об этом думать. Сейчас это уже не важно. Ничего не важно. Я просто хочу, чтобы он успокоился. Чтобы был со мной. Чтобы любил…
- Я не…
Пододвигаюсь к самому лицу и выдыхаю в губы.
- Я знаю, кто он. Я знаю, что ты просто не мог сопротивляться. Хочешь, расскажу почему?
- Да, - робко шепчет он. Когда так близко, его глаза кажутся просто огромными, в пол лица, а то и ещё больше. Хочу раствориться в них, хочу прорасти, хочу пустить корни. Чтобы он никогда не мог забыть меня, никогда - покинуть. Что же это? Неужели любовь - такое собственническое чувство, или это только у меня так?
- Пирра – дух огня. Очень древний дух. Однажды, на Земле какой-то маг смог поймать его и заточить в темницу. Он многие столетия пробивался к свету, по крупице подтачивая заклинания, связывающие его. И вот, наконец, вырвался. И тут наткнулся на тебя. Ты же тоже своего рода огненный, у вас очень схожие силы, ведь вы оба можете повелевать огнём. Вот он и решил, что твоя сила должна стать его, ну и ты вместе с ней. И сопротивляться ты не мог все по той же причине. Сила-то одна, вот он и надавил на тебя ей, а так как у него гораздо больший потенциал, ты попал под влияние его чар. Поэтому ты ни в чем не виноват. Не казни себя, слышишь?
- Я не могу…
- Но почему! – восклицаю и крепко-крепко прижимаю его к себе. Не отпущу. Никуда не отпущу.
Никому не позволю отнять. Мой, мой, только мой. Я, кажется, шепчу это, покрывая поцелуями все его лицо. Стирая губами и языком следы слез с его щёк, крови – с губ. Ни о чем не могу сейчас думать, кроме нежнейшей, словно розовый лепесток, кожи, от которой исходит какой-то просто одуряющий запах. Он сначала не реагирует. Словно не веря, что я все это делаю с ним, а потом… потом он накидывается на меня так же нетерпеливо и страстно, как я на него. Не помню, как оказываюсь без одежды,да и он тоже. Хотя на нем её было и так по минимуму. Не помню, но чувствую всей кожей. Как же сладко! Он такой отзывчивый. Почти на любое прикосновение наградой - восхитительный судорожный вздох или всхлип. Мне так нравится их слышать. Я хочу большего. Хочу, чтобы он принадлежал мне. Хочу быть к нему так близко, что ближе просто и быть не может. Но понимаю, что сейчас мы оба во власти слишком противоречивых чувств. А мне хотелось бы, чтобы наш первый раз был просто волшебным. Таким, чтобы запомнится на всю жизнь. Но он-то этого не знает! Сам закидывает ноги мне на талию, скрещивает щиколотки у меня за спиной. Весь открывается мне навстречу. похоже, отсутствие смазки его не смущает, а вот меня - ещё как! Черт, если он продолжит так об меня тереться, я же не выдержу. Приподнимаюсь, почти сажусь. Расцепляю руками его ноги. Он протестующее вскрикивает. Смотрит мне в глаза, и я вижу, как в них мелькает испуг. Чего он испугался?
- Ты…. Ты, после того как меня… не хочешь? – в его глазах столько слез и неподдельного ужаса. Что мне ничего не остается, как снова склониться над ним и поцеловать. Но на этот раз нежно-нежно, так, как мне бы хотелось целовать его всегда.
- Хочу. Но сейчас мы этого делать не будем. Хорошо?
- Но почему?
- Потому что я хочу, чтобы это было особенным для нас обоих. Чтобы и я, и ты, мы оба отдавали себе отчёт в том, чего хотим.
- Но я…
- А сейчас ты напуган и расстроен, и просто пытаешься таким образом загладить вину, которую сам себе придумал. Я так не хочу.
Вольфрам несколько секунд ошарашено смотрит на меня. Но я твёрд в своём решении. И он, он мне улыбается. Так нежно и открыто, у меня дыхание перехватывает. Как же он красив сейчас! Проводит ладошкой по моему торсу вниз. Вздрагиваю, когда он находит то, что ищет.
- Но ты все равно хочешь, - обвиняющее смотрит на меня. Но я знаю, что он дурачится. Что случившееся с нами сегодня, пусть не забыто, но отошло на второй план. Сейчас остались только мы.
Скашиваю глаза вниз, а потом снова встречаюсь с ним взглядом. Улыбаюсь.
- Ты тоже.
- И что мы будем с этим делать?
- Ну, у меня есть пару идей.
Толкаю его обратно на подушку, вынуждая отпустить меня. И быстро, чтобы не успеть передумать, ныряю вниз. От первого же прикосновения языком он кричит в голос и выгибается дугой. Вау! Я даже не знал, что на это можно так реагировать!
- Юри!
Он запускает руку в мои волосы и пытается отпихнуть о себя. Зачем? Я ведь уже понял, что ему нравится. Не даю ему это сделать. Обхватываю бедра. Ещё несколько раз провожу языком, чтобы смочить, а потом, пока он не успел выдрать мне все волосы, полностью вбираю в рот. Его пальцы разжимаются и стискивают уже не пряди моих волос, а простыми. Он стонет не переставая. Глубоко и просто восхитительно громко. Как же приятно слышать его таким. Я боялся, что мне может стать противно делать такое. Но, оказалось, наоборот. Ощущаю, что как меня буквально от каждого движения собственных губ, насквозь пронизывает непередаваемое наслаждение. Я так возбуждён сейчас, как никогда в жизни. Между стонами Вольфрам выкрикивает моё имя. Не знаю, что действует на меня больше - собственное имя на выдохе и последняя отчаянная попытка оттолкнуть меня от себя, или пряная струя, выстреливающая в мой рот, когда Вольфрам выгибается в сладкой судороге, обнимая меня ногами, и без сил падает на подушки. Я отпускаю его, когда он совсем обмякает, только тогда понимая, что мы достигли пика вместе, но я был так поглощён желанием доставить ему удовольствие, что даже не заметил этого поначалу.
Подтягиваюсь и ложусь на живот рядом с ним. Он все ещё лежит на спине и совершенно бессмысленным взглядом смотрит в потолок. Шевелиться ужасно не хочется, но я все же протягиваю руку и касаюсь плеча.
- Вольфрам?
Он поворачивает голову. Долго смотрит на меня, не отвечая. Я тоже молчу. А потом он переворачивается и придвигается мне под бок.
- Можно я спрошу, - неожиданно просит он. Только киваю. Сил отвечать нет никаких, - Кто тебя научил?
- Чему?
- Этому, – в его глазах вспыхивают горячие искры и я отчётливо понимаю, что он ревнует. Улыбаюсь. Поднимаю руку, кладу ему на затылок. Притягиваю и целую. У меня на губах его вкус. Но он и не думает сопротивляться. Отвечает на поцелуй. Но потом все же отстраняется, продолжая напряжено всматриваться в меня.
- Йозак рассказал, что так тоже можно.
- Что?! Ты у него спросил?
- А что? Я не знал как, поэтому предпочел проконсультироваться со специалистом, чем самому до всего доходить методом проб и ошибок, - повожу плечом. И чем он не доволен? Нам же обоим хорошо было. Чего ж теперь-то нервничать?
- С каких это пор у нас Йозак специалистом по этим вопросом стал? – продолжает заводиться Вольфрам. Вот неугомонный. Я же устал, между прочим, спать хочу смертно. Тяжело вздыхаю. Если не угомонится, скручу простынями, вставлю в рот кляп и положу рядом в качестве грелки, будет знать!
- Ну, наверное, с тех пор, как стал встречаться с твоим братом, - и чуть не давлюсь зевком, когда Вольфрам буквально подпрыгивает на кровати.
- Что-о-о-о?! Йозак спит с Гвендалем?!
- Ты что, совсем что ли?! – сам вскакиваю и ору. Да как он вообще себе может такое представить?!
- Но ты же сам сказал!
- Да не с этим братом!
- А-а-а-а… - несколько секунд смотрим друг на друга, а потом начинаем смеяться и просто не можем остановиться. Словно вместе со смехом нас покидает все плохое, что довелось нам испытать сегодня. Как же это хорошо, что, не смотря ни на что, мы есть друг у друга.



9. День Рождения и его разочарования
***
Я снова стою над огненным озером все на том же уступе. Что я здесь делаю? Я думал, Мао изгнал его, изгнал Духа Огня из нашей жизни? А из моих снов?
- Вольфрам…
Резко оборачиваюсь и отступаю к краю. Как в прошлый раз. Балансирую на носках. Если он попробует подойти ближе, я…
- Почему ты снова ребёнок? – это как-то произвольно вырывается, просто я помню, как мне было страшно, когда он обнимал меня в той старой башне, как шептал на ухо, что я должен принадлежать ему, и потому образ злодея, который у меня сложился, просто не вяжется с внешностью двенадцатилетнего ребёнка с робкой, даже немного затравленной, улыбкой.
- Не хотел напугать тебя снова, чтобы ты не ушёл.
- Зачем я здесь?
- Я хочу, хочу извиниться. Я не хотел, то есть хотел, просто не думал, что ты на самом деле не хочешь. Юри все объяснил мне.
- Что все? – насторожено всматриваюсь в рубиновые глаза, пытаюсь убедить себя, что не должен верить этому притворщику, но понимаю, что бесполезно. Я уже ему верю. Наверное, он действительно не понимал, что делает. Он же дух, в конце концов, он никогда и не был человеком, откуда он может знать о человеческих чувствах, о любви.
- Он сказал мне, что любит тебя и никому не отдаст. А ещё, что ты его, и это не обсуждается. Прости меня. Я не очень умею понимать человеческие чувства. Но вас мне бы хотелось понять. Правда. Потому что Юри рассказал, что если кто-то не может принадлежать тебе, то можно попытаться стать его другом. И я, я хочу с тобой подружиться. Ты разрешишь мне?
- А с Юри ты уже подружился?
- Ага, - это непостижимое существо совершенно по-детски кивает и открыто улыбается мне. И я осознаю, что больше не сержусь на него, что смогу простить.
- Хорошо, - делаю шаг навстречу и первым протягиваю руку. Он озадачено смотрит, словно не понимает значение этого жеста. А потом снова вскидывает глаза и решительно протягивает мне ладошку. Они у него такие маленькие сейчас, не то что когда… нет! Не буду. Не буду даже думать об этом. Он предложил мне дружбу, я принял её, все что было- не имеет значение, главное, что есть сейчас.


***
- Доброе утро, - шепчет мне кто-то на ухо. Кто-то родной и невероятно близкий. Улыбаюсь, ещё и не проснувшись толком. И медленно открываю глаза, чтобы встретится с улыбающимися глазами Шибуи. Он видит, что я проснулся, придвигается и аккуратно целует в уголок губ. Приятно так, что просто слов нет. Обхватываю его за шею руками, перекатываюсь на спину и тяну на себя.
- У нас новая традиция?
Интересуюсь, пока он пытается высвободится из моего захвата, но я лишь переплетаю пальцы в «замок» на его шее. Ну куда же я его теперь отпущу?
- Это какая? – интересуется, явно просчитывая ходы к отступлению. Потрепыхайся мне ещё, слабак!
- Утренний поцелуй.
Ой! Он так забавно краснеет. Как он ухитряется ещё смущаться из-за такой мелочи, особенно после того, что вытворял со мной вчера. Не удержавшись, смеюсь в голос. Он обижено фыркает, своим дыханием щекоча мое лицо, а я просто не могу успокоиться. Так легко и светло на душе сейчас.
- Ну-у, ладно! – восклицает Шибуя, нагибается и целует меня уже по настоящему, так, как мне нравится больше всего, полностью перехватывая инициативу и не позволяя не то что слово вставить, даже вздохнуть. Когда он отрывается от меня, мы оба не можем выровнять дыхание. У него за зрачками не видно радужки. И он улыбается. Открыто и весело.
- С днем рождения, Вольфрам. Я люблю тебя.
И почему от этих его слов у меня намокают ресницы? А от всхлипа, срывающегося с губ, делается совсем тошно. Руки сами разжимаются, отворачиваюсь и утыкаюсь лицом в подушку. Сейчас разревусь в голос, вот номер-то будет! Что со мной? Он, он такой добрый, такой, такой замечательный, а я,я…
- Вольфрам, ты чего? – от беспокойства и отчаяния в его голосе мне становится совсем плохо, я просто уже не могу сдерживаться. Плачу и все тут.
Чувствую, как Юри ложится рядом. Обнимает меня со спины и начинает что-то неразборчиво нашёптывать мне в затылок. Так тихо, что я не разбираю слов. Но его интонации меня успокаивают. Вздыхаю раз, другой. И только через несколько минут понимаю, что слезы больше не текут. А мы все так же лежим близко-близко друг к другу, и Юри молчит, так же как и я. Что мне сказать ему? Как, как ответить? Ведь я тоже, я тоже люблю его. Просто безумно люблю! Но сможет ли он поверить мне, после того, что было?

***
- Почему ты плакал? – спрашиваю, когда понимаю, что он, наконец, успокоился и просто лежит, как и я, наверное, придумывая что сказать, - Если не любишь, - голос ровный, знал бы кто, чего он мне стоит сейчас, - То просто не отвечай. Это совсем не обязательно.
Вольфрам перестает дышать. Я все ещё прижимаюсь грудью к его спине, поэтому ощущаю всем телом, как он замирает, а потом снова всхлипывает. Ну что с ним делать? Я ведь совершенно не представляю себе, что могло его так расстроить. Моё признание? Если так, то я…
- Я не достоин тебя…
- Что? – я сейчас его прибью. Просто вот возьму и придушу здесь и сейчас, своими собственными руками. Он что, специально издевается, да?
- Вольфрам, - угрожающе начинаю я, а потом рывком поворачиваю его к себе и начинаю целовать его лицо, губы, скулы, шею. Везде, где могу дотянуться. Быстро-быстро. Пока он не начинает отбиваться. Но я все равно не пускаю. Я знаю, он хочет что-то сказать, но все, что хотел, я уже услышал. Не позволю. Не позволю ему изводить себя. Он же неизвестно что ещё может себе накрутить. Перехватываю отчаянно барабанящие по моей спине руки, завожу за голову. И только тогда поднимаю голову, чтобы посмотреть в глаза.
- Ну и что ты можешь сказать в своё оправдание? – спрашиваю, не без удовольствия любуясь огромными изумрудными глазами и пунцовыми щеками. Ему очень идёт румянец.
- Придурок! – рычит Вольфрам и пытается вырваться. Вот ещё. Не пущу!
- Я, кажется, это уже слышал. А сам-то ты кто, после этого?
- Интересно, это после чего же?! – он просто кипит от негодования. Такой сердитый. Такой привлекательный.
- После того, как сморозил такую глупость, когда я признался тебе.
Он сразу сникает и отводит глаза.
- Это не глупость. Это…
Затыкаю ему рот поцелуем. Когда же до него дойдет?
- Это неправильный ответ, - улыбаюсь, отпускаю его руки, все равно он уже не настроен вырваться любой ценой. Просто кусает губы и в чем-то там ещё сомневается. А потом сам подается навстречу. Обнимает меня за шею, и шепчет куда-то в волосы.
- Я тоже тебя…
- Мальчики! – раздается от двери, мы оба вздрагивает. Но отскочить друг о друга не успеваем, к кровати подходит Шерри и придирчиво рассматривает композицию наших переплетённых обнажённых тел. Мы же после вчерашнего так и не надели пижамы. Вот черт! Как ей теперь все объяснить? Но её, похоже, наш вид нисколько не смущает.
- И долго вы будете здесь валяться? Сегодня вечером, между прочим, бал в честь день рождения моего сына. Долго нам ещё вас ждать?
- Мама! - восклицает Вольфрам, садясь в кровати, - Сейчас только утро!
-Ошибаешься, дорогой, за окном уже перевалило за полдень, а гости начнут съезжаться к пяти часам. А вы не только не одеты и не причёсаны, но и понятия не имеете о плане мероприятия, я не права?
Мы беспомощно переглядываемся. И понимаем, что отвертеться не удастся. Тяжело вздыхаю и тоже сажусь. Одеяло у нас общее, не получится завернуться, поэтому мы вынуждены сидеть очень близко. Когда же она выйдет?
- Так, у вас десять минут. Не задерживайтесь, - бросает она и, наконец, удаляется. Мы синхронно переводим дух, но от двери раздается, - Намиловаться сможете и потом. У вас ещё целая жизнь впереди.
И как нам теперь смотреть в глаза друг другу, а?

***
Вечер был прекрасен. Даже витиеватые и бессмысленные в своей неискренности поздравления ничего не значащих для меня, но явно важных для страны и Мао, людей не утомляли, а скорей развлекали. Забавно было слушать, как они все из кожи вон лезли. Хотя Юри втихаря позёвывал в кулак всю торжественную часть. Слабак! Учить его ещё и учить. Но все, похоже, остались довольны. Я не очень акцентировал внимание на подарках. То есть, я их все даже разворачивать не стал. Попросил кого-то из слуг отнести в нашу спальню подарки от тех, кто мне дорог – родных и близких людей. А остальные оставил в главном зале. Потом как-нибудь посмотрю. Просто, я весь вечер не мог дождаться, когда же мы с Юри сможем остаться наедине в наших покоях, и… ну, да, он подарит мне ещё один подарок от себя. Я понимаю, что он и так за последнюю неделю выполнил по подаркам весь план на будущий год, но… но я эгоист, уж себе-то могу признаться, и просто ужасный собственник, я хочу большего. Хочу его всего в своё безраздельное пользование. Когда же кончится этот быстро наскучивший банкет, а?!
- Вольфрам, ты не видел короля Юри? – вопрос Гюнтера меня несколько смущает, но я не подаю виду. Я и правда не заметил, как Шибую куда-то задевался.
- Извини, Гюнтер, но я понятия не имею, куда он мог уйти.
Вот найду и все этому слабаку выскажу. Как он мог уйти куда-то без меня?!
Прекращаю бессмысленно бродить по бальному залу и целенаправленно высматриваю его. Юри нигде нет. Меня охватывает смутное беспокойство. Невольно убыстряю шаг и выхожу на балкон. О, похоже, я не ошибся. Шибуя, красный как маков цвет, стоит возле Мураты и старается делать вид, что внимательно слушает Великого Мудреца, но я-то вижу, что он просто не знает, куда деть глаза от смущения. Тот, похоже, тоже это знает, но все равно, не иначе как из-за врождённой вредности, продолжает смущать моего жениха. Он что, завидует нашему с Шибуей счастью? Так вот, пусть это делает молча!
Решительно подхожу, Юри тут же поднимает на меня несколько затравленный взгляд, а Мурата обрывает фразу на полуслове.
- Что здесь происходит?
- О, ничего достойного вашего внимания, лорд фон Бильфельд. Мы просто беседуем.
Я не успеваю прожечь его взглядом, как сзади раздаются приветственные крики и смех. К нам подбегает счастливая Грета, мы все оборачиваемся и видим целую процессию во главе с Шерри, которая сама, не прибегая к помощи слуг, несет в руках поднос с тремя сверкающими фужерами.
- Господа, я предлагаю тост! Давайте выпьем, за моего обожаемого сына. Вольфрам – мама очень сильно любит тебя! – уже после такого начала, я готов провалится под землю. Но покорно принимаю протянутый мне Юри бокал и жду, что ещё она собирается сказать, - А так же за его замечательного жениха – Мао Юри. Который, я надеюсь, в ближайшее время тоже станнит моим сыном. Виват!
Вместе со всеми делаю несколько глотков не ощущая ни вкуса ни запаха. Когда же они уйдут отсюда? Когда же прекратят пялиться? Когда же мы с Юри…
- А теперь, ответное слово жениха! – восклицает Шерри и выжидательно смотрит на Юри. О, нет! Он же, он же сейчас ужасно смущён. Он же и сказать-то ничего толком не сможет. Зачем она так издевается над ним?!
Но Юри меня удивляет, он невозмутимо откашливается, хотя я-то вижу, как лихорадочно блестят у него глаза, и краснеют не только щеки, но и уши, и шея.
- Я хотел бы поздравить моего жениха, лорда фон Бильфельда с Днем Рождением, и пожелать ему, счастья, успехов во всех начинаниях, а так же немного здорового эгоизма, чтобы поменьше задумывался над достойностью чего бы то ни было.
Та-а-ак, что только что сказал этот слабак? Ну, держись, Бри. Вот доберемся до спальни. А он мне улыбается так невинно-невинно и салютует фужером. Делает большой глоток. А я все ещё не могу отвести от него глаз и поднести к губам свой. Как Юри делает шаг ко мне, кладет свободную руку мне на затылок, притягивает и… Губы вкуса шампанского с его игривыми пузырьками и лёгким запахом лозы, опьяняют мгновенно, я тут же отвечаю на поцелуй, никак не могу насытиться его терпким насыщенным вкусом. И тут до меня доходит. При всех… Он сделал это при всех! Мы же теперь…

***
- Я люблю тебя, Вольфрам. Ты станешь моим мужем? – я не думал, что скажу это. Просто эти слова вырвались легко и естественно, как логичное продолжение поцелуя, его вкус до сих пор кружит мне голову. Нам ,кажется, хлопают и кричат. Но мне все равно, я только не могу понять, почему у Вольфрама такое растерянное лицо, а в глазах тоска. Что опять-то не так? А потом он взрывается. Он же огненный, он вспыхивает, словно свечка. Ну, и в чем я виноват на этот раз?
- Идиот! Да, как ты мог! – кричит фон Бильфелд мне в лицо. А у меня возникает позорное желание сбежать на Землю и больше с ним не видится. По крайней мере какое-то время. Он меня уже достал своими выкрутасами! Вот так делай после этого подарки.
- Возьми свои слова обратно, - шипит он, когда к нам приближается Шерри, явно с намерением что-то сказать.
- И не подумаю! – упрямлюсь и сам злюсь, меня просто бесит, что чтобы я не делал, как бы ни хотел доставить ему радость, он реагирует в точности противоположно тому, что я от него жду. Все, достал, ни при каком раскладе не собираюсь отказываться от своих слов.
- Юри, тебе лучше послушать лорда фон Бильфельда, - шепчет мне Мурата с другой стороны. И он туда же, а ещё друг называется!
- Не дождетесь!
- Ваша Величество, - мама Вольфрама сгребает меня в охапку и в очередной раз вынуждает уткнуться в грудь, ох, и когда ей надоест. Высвобождаюсь и улыбаюсь ей в ответ, - Я не ослышалась. Вы решили официально объявить о свадьбе.
- Да, миледи. Если вы, конечно, не против.
- О, конечно, я только «за». Вы и так уже несколько затянули с этим, признайтесь, - лукаво смотрит на меня Шерри, и тоже игнорирует косые взгляды Вольфрама.
- Так и есть. Поэтому, мне бы хотелось, чтобы свадьба состоялась как можно скорее, это возможно?
- Конечно, дорогой. Через два месяца мы сыграем просто потрясающую свадьбу.
- Так не скоро, - непроизвольно вырывается у меня.
А к нам тем временем присоединяются Гвендаль, Конрад и Гюнтер. Последний явно расстроен, но ничего не поделаешь. Я сразу предупреждал его, что для меня он только друг. Он тяжело вздыхает и произносит.
- Видите ли. Ваше Величество, свадьба, особенно если речь идёт о свадьбе самого Мао, чрезвычайно сложное и ответственное мероприятие. На нем будут присутствовать множество официальных гостей. Поэтому, пока разошлем приглашения, пока гонцы их доставят, пока будут сделаны все приготовления, нужно довольно много времени. Два месяца - это самый оптимальный срок.
- Ну, два, так два, – пожимаю плечами, в принципе, наверное, я что-то такое и ожидал. Не поэтому ли Вольфрам так взбеленился? – Хорошо, тогда оставляю все на вас Шерри, Гюнтер, а ты пока, пожалуй, пойдем спать, - беру Вольфрама за руку, он тяжело вздыхает, но тоже сжимает мои пальцы в ответ, и собираюсь уже увести в наши покои, как нас перехватывает Гвендаль.
- Я распоряжусь, чтобы убрали твои старые покои Вольфрам. Думаю через полчаса ты можешь переносить вещи.
- Что? Почему он должен это делать? Мы же…
- Потому что у вас через два месяца свадьба, - раздается спокойный наставляющий голос Мураты. Оборачиваюсь и встречаюсь с насмешливым взглядом, - По традиции, до назначения даты свадьбы, даже после официально помолвки, жених и невеста, а в нашем случае женихи, могут позволять себе некоторые вольности в отношениях друг с другом, даже спать в одной кровати. Но, когда назначается точная дата, то всех их свободам приходит конец. Так как это время им дается на то, чтобы определится со своими чувствами и проверить их искренность. Поэтому-то фон Бильфельд обязан уже сегодня переехать в другие покои и вернется к тебе он только уже будучи твоим мужем.
- Нет!

***
- Вы хотите взять свои слова обратно, Ваше Величество? – строго смотрит на меня Гвендаль. Конечно, хочу! Я же не знал, не знал, что нам нельзя будет…. А мы же собирались сегодня… Вот черт, ну почему я вечно все порчу!
- Но я же понятия не имел об этой традиции!
- Теперь вы о ней знаете. И что это меняет?
- Но на Земле все совсем не так.
- Я напоминаю вам, Ваша Величество, что сейчас вы не на Земле, а в Нью-Макоку и, как правитель этой страны, обязаны уважать её законы. Ведь когда мы с братьями отправились за вами на Землю, мы старались следовать вашим правилам и обычаям. Даже переоделись в вашу одежду, хотя я считаю такой стиль просто неприемлемым для себя. Но, тем не менее, мы подчинились. Поэтому вам не стоит жаловаться.
- То есть, если мы будем на Земле, ваши законы на нас распространяться не будут? – уточняю. Кажется, я нашёл выход. Только бы не ошибиться. Только бы Гвендаль оправдал мои ожидания.
- Да, разумеется, но…
- Спасибо, Гвендаль! – радостно выкрикиваю, сжимаю руку Вольфрама, которую так и не выпустил, и тащу слабо упирающегося фон Бильфельда к единственному месту, которое может спасти нас сейчас.
- Куда ты меня тащишь?! Юри, отпусти! На нас же все смотрят!
- И пусть смотрят! В конце концов, король я или как?
Когда мы оказываемся перед замковым фонтаном, похоже, до Вольфрама все же доходит, что я собираюсь делать, и он перестает нас задерживать, и сам уже бежит рядом со мной.
-А ты уверен, что у вас можно?…
- На все сто!
Как же хорошо, что я уже умею контролировать свои перемещения. Мы всплываем в ванной у меня дома. И только тогда оба с облегчением выдыхаем. Как же вовремя Гвендаль надумал вмешаться! Даже не знаю, чтобы мы делали эти два месяца друг без друга.

продолжение следует

:ps: Крепитесь, 10-ая будет последней - рабочее название: 10. Разве может быть больше счастья? .
продолжение следует...
запись создана: 09.11.2008 в 14:42

@темы: Вольфрам, Йозак, Конрад, Фанфик, Юри

Комментарии
2008-11-09 в 17:22 

«Великий вопрос жизни - как жить среди людей»
Прочитал, понравилось. ;)
Только жаль, что одной части не хватает... в прошлом посте. Так понял,
что она - в процессе написания?
С нетерпением жду, что будет далее. :lip:
Спасибо, дорогой Автор!


2008-11-09 в 17:28 

ангелам больно терять свои крылья
RhiSh, вы правы. Я просто пропустила одну из частей в предыдущем посте. Уже поправила)))
Спасибо за картинку :angel2:

2008-11-09 в 21:25 

«Великий вопрос жизни - как жить среди людей»
Небо в глазах ангела, спасибо за внимание к комментам и За Повесть! :hi2:

2008-11-09 в 21:27 

ангелам больно терять свои крылья
RhiSh, всегда пожалуста :)

2008-11-16 в 01:45 

«Великий вопрос жизни - как жить среди людей»
Прочитал, понравилось. :five:
Эмм... только там есть пяток очепяток, sumimasen.
А ежели их не считать - всё оч даже приятно читается. :attr:

2008-11-16 в 10:30 

ангелам больно терять свои крылья
RhiSh , рада, что понравилось :) Ну, а опечатки, куда ж без них?

2008-11-16 в 10:46 

RhiSh
«Великий вопрос жизни - как жить среди людей»
anooooo... :hmm: в принципе, я могу поправить очепятки... :shuffle:

2008-11-16 в 10:48 

ангелам больно терять свои крылья
RhiSh, вообще-то меня уже правили, не знаю, как моя бета к этому отнесется :rolleyes:

2008-11-16 в 10:53 

«Великий вопрос жизни - как жить среди людей»
:sunny: :kapit:: ну - если есть бета, другой разговор. Вообще совет как профессионала:
стоит пользоваться в ворде функцией "правописание". Даже самый старательный
редактор от очепяток не застрахован...

2008-11-16 в 10:54 

ангелам больно терять свои крылья
RhiSh, я пользуюсь, честно-честно, но все равно могу пропускать :weep:

2008-11-16 в 10:58 

«Великий вопрос жизни - как жить среди людей»
Да не огорчайся. Это нормально. Я тоже очень внимательно правлю обычно, но стоит выложить - и всегда находится пара очепяток... Главное - что написано интересно. Вольфрам мне по характеру очень близок, поэтому могу сказать, эмм, как "действующее лицо": всё правильно излагаешь! :attr:

2008-11-16 в 11:00 

ангелам больно терять свои крылья
RhiSh, как "действующее лицо": всё правильно излагаешь
Ой, прямо камень с души. Я всегда так боюсь, что будет злостный ООС :)

   

-=Kyou Kara Maou=-

главная